Обзор практики по уголовным делам за 2016 г. (Президиум Московского городского суда) Извлечение


По смыслу закона перечень отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит. 
Согласно ч. 1.1 ст. 63 УК РФ в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного суд при назначении наказания может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств или других одурманивающих веществ. 
При этом само по себе совершение преступления в состоянии опьянения не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. 
Однако суд в нарушение приведенных выше требований закона в описательно-мотивировочной части приговора не привел соответствующих мотивов, на основании которых пришел к выводу о признании в качестве отягчающего наказание обстоятельства - совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения.
Президиум Московского городского суда приговор Зеленоградского районного суда города Москвы от 1 июня 2015 года в отношении К. изменил: 
в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства – оказание медицинской и иной помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления, 
исключил из описательно-мотивировочной части приговора указание на наличие отягчающего наказание обстоятельства – совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения; 
смягчил назначенное К. наказание по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ до 3 (трех) лет 9 (девяти) месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима
 
Описывая преступное деяние, за совершение которого осужден М, суд указал в описательной части приговора, что М., имея умысел, направленный на нападение в целях хищения чужого имущества, подошел к несовершеннолетнему (Ф.И.О.), и, демонстрируя
последнему имеющийся у него в правой руке нож, угрожая тем самым применением насилия, опасного для жизни и здоровья, потребовал передать мобильный телефон. (Ф.И.О.) с учетом сложившейся обстановки и его агрессивного поведения реально воспринял угрозу, так как у него имелись основания опасаться ее осуществления, и бросился бежать, а М. продолжил в отношение него свои преступные действия. 
При этом, из показаний потерпевшего (Ф.И.О.), которые суд признал достоверными и положил их в основу приговора, усматривается, что в ходе нападения М. достал из одежды раскладной нож, длиной около 8-10 сантиметров с рукояткой темно коричневого цвета, на которой имелись насечки в форме ромба, направил лезвие ножа вперед в его сторону и потребовал передать мобильный телефон, в связи с чем, он испугался за свою жизнь и здоровье. 
Суд, посчитав установленным, что М. при хищении чужого имущества использовал нож, исключил квалифицирующий признак «применение предмета, используемого в качестве оружия», мотивировав принятое решение тем, что М. демонстрировал нож потерпевшему, угрожая применением насилия, опасного для жизни и здоровья, что не свидетельствует о применении такого предмета. Между тем по смыслу закона, под применением предмета, используемого в качестве оружия при совершении нападения, понимается не только факт физического воздействия, но и попытка нанесения таким предметом повреждений потерпевшему, а также демонстрация их лицам, подвергшимся нападению, или третьим лицам, свидетельствующая о готовности виновного пустить их в ход, то есть применить для целей разбоя. Указанное выше свидетельствует о наличии противоречий в выводах суда, касающихся юридической оценки действий осужденного, что является существенным нарушением уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшим на правильность квалификации и справедливость назначенного наказания, что исказило саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия. 
Президиум Московского городского суда приговор Мещанского районного суда города Москвы от 14 августа 2015 года в отношении М. отменил, уголовное дело направил на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.